Денежк а




Скачати 416.04 Kb.
НазваДенежк а
Сторінка1/3
Дата конвертації12.03.2013
Розмір416.04 Kb.
ТипДокументы
uchni.com.ua > Військова справа > Документы
  1   2   3
Юля Герасимато
Д Е Н Е Ж К А

Средневековый детектив
Пьеса на один акт
Место действия – Львов. Время 13.. год.
Действующие лица :
Лев – бывший князь, теперь монах (православный) 70 лет

Констанция – его жена, теперь монахиня (католичка) 65 лет

Тупица – бывший шут князя, теперь слуга, тоже монах 65 лет

Исаак – меняла 70 лет.

Раввин Леви – главный раввин Львова 70 лет.

Тиква (Надежда) – его внучка 20 лет.

Дмитрий – казначей 25 лет.

Смерть – городской палач 65 лет.

Лесник 65 лет.

Привратник 65 лет.

Хан Бурундай – призрак (вечно молод).

Человек в красном (католическая церковь – без возраста).

Евреи

Большая зала в княжеском замке. День. На большом столе разложены бумаги, свитки.

Книги повсюду. Зала похожа на кабинет ученого. Песочные часы, карты, иконы. На высоте – большой плат с изображением Спаса. В комнате – двое: Лесник и князь.

Лесник и князь.
Ты там был?
Да, хозяин.
Что видел?
Все, хозяин, все видел. Я сразу пришел, никто еще не успел там побывать. Их еще не увезли, следы сохранились, хотя конечно натоптали много.
Сколько их было?
Двое господ. Ехали одни, с охоты. Дичи много побили, усталые, наверно голодные, торопились. Тот, что стрелял в них, стоял в кустах. Долго стоял, ждал. Потом пустил стрелу. Крови было очень много. Ой, простите.
Ничего. Что-нибудь оставил стрелок?
Нет. Пришел пешком, ушел пешком. Запах у него был странный. Пахло там чем-то незнакомым. Не знаю чем.
Что-нибудь еще?
Да, хозяин. Был там еще один человек. Он в кустах прятался, дальше у кривой липы. Не пеший, всадник. Ждал тоже долго. Конь хороший. Не выдал. Хотя человек близко стоял, все зло видел.
Следы оставил, куда вели?
Нет, не оставил. Дорога хоженая, дождя давно не было.
Ну что ты мнешься, говори. Что еще было?
Тот, что в кустах прятался, потерял кое-что.
Ну, вот это уже лучше, что потерял?
Денежку. Мелкую монетку, странную такую.
Давай!
….
Ну, давай же!
Я хотел бы ее себе оставить.
Зачем она тебе, я же тебе за нее золотой дам.
Не надо, это не простая монетка. Она особенная и лежала правильно. Орлом.
Что значит – она лежала правильно?
Эта монетка счастье приносит. Человек ее потерял, счастье свое потерял, а я подобрал – счастье мое!
Не знаю, найдешь ли ты свое счастье, но что этот соглядатай счастье свое потерял – это точно. Найдем его – найдем убийцу.
Так ведь он, это, не убивал. Он только смотрел.
Глуп, ты братец. Смотрел, как княжичей убивают, и не вмешался? Он всему причина. Знать бы зачем?
Ну, тогда монетка Вам нужна, но ведь не признается он.
Не признается. Но как-нибудь себя проявит. Знаешь, что дай мне эту денежку на время. Я ее покажу кое-кому. А буду уезжать, тебе передам, если не сам, то привратник отдаст.
Не отдаст он.
Отдаст. Я тут тебе дам два золотых. Один для тебя, а другой уже для привратника. Когда он тебе денежку отдаст, дашь ему один золотой, понял?
Понял.
Может, не захочешь денежку назад, останутся тебе два золотых – целое состояние, чем не счастье? А денежка пусть будет у привратника.
Нет, не хочу. Вот она – денежка.
Да, такой я еще не видел. Странная монетка. Наверное, очень старая. Ты, братец, иди. Спасибо тебе за службу. Иди. А я позову того, кто про деньги все знает, или почти все.
Все про деньги знает только дьявол.
Ну, ты не так глуп, как я думал. Это почти дьявол – жид.
Тьфу. (Уходит)

Лев и Исаак

Входи, Исаак.
Приветствую Вас, князь, и пусть продляться твои лета и будут они благоухать, как этот сандал. (Кидает благовония на светильник, разносится запах.) Должен сказать Вам, князь, что для покойника Вы очень хорошо выглядите! (Ставит на стол шкатулку с благовониями).
Кто же меня хоронил? Где моя могила? Я для света суетного умер. Теперь я - монах, мое дело – молитва. Но грешный мир призвал меня в тяжелый, для моей семьи час, самый тяжелый.
Знаю. Скорблю вместе с Вами и со всеми. Невосполнимая утрата.
Это конец моего рода и я хочу знать – кто?
И я понимаю, что отвечать на этот вопрос предстоит бедному Исааку?
Боюсь, что так.
Быстро же плохие новости распространяются.
Ты что-то знаешь, хитрый еврей.
Я что-то знаю, он что-то знает, человек в красном что-то знает. Все что-то знают, все говорят. Но что – правда, а что – ложь? Кто отличит. А где только часть правды? Это еще страшнее? Не хотел я, чтобы ты узнал это что- то от меня. Я - человечек маленький, меня легко обидеть, особенно такому сильному вельможе.
Я уже не вельможа, и не сильный. Я старый, немощный монах. Эта дорога чуть не убила меня. Давно я был – Лев. Теперь я больше похож на старого пса.
Кто Львом родился, Львом и умрет. Ты получил страшную весть, но ты не катаешься по полу, проливая бессильные слезы, ты ищешь, а когда найдешь, ох, не верю я, что виновный будет прощен, как велит тебе твой христианский Бог.
Не поминай моего Бога, иудей. Лучше расскажи, что знаешь.
Ничего не знаю, ничего не знаю, и знать не хочу. Я - человек маленький, занимаюсь обменом денег, иногда - даю ссуду. А все знает только равви Леви. Он много чего знает, много думает. А злые люди зря валят всю вину на бедного еврея, они сильно ошибаются.
Какого еврея? Я про еврея не говорил. Постой, там же пахло чем-то странным. Шел пешком, коня у него не было.
Что?
Ничего. Раввин Леви, говоришь, ну пусть будет равви Леви. Позови мне его. А пока скажи, тебе знакома эта денежка.
О, это иллирийская мена, очень старая монета и очень редкая. Она почти ничего не стоит, просто красивая. Где вы ее взяли?
Нашел.
Вот вы, не бедный человек, а наклонились за мелкой монетой. (Трет чем-то монетку, и она начинает блестеть). Не поленились, и очень правильно сделали. В наше время стали очень небрежно обращаться с деньгами, а они любят уважение. Деньги любят, что бы им кланялись, ты им поклонишься, и они станут тебя любить. Всегда нужно подбирать мелкие монетки, деньги не должны валяться в грязи.
Ой, как блестит. У кого такая могла быть?
Ничего не знаю…
Ну, опять старая песня…
Ничего не знаю, но спроси у казначея, он тоже монеты любит.
Ладно, иди уже и позови ко мне раввина.


Лев и Палач

К Вам палач просится, пустить? (это говорит Тупица )
Палач по прозвищу Смерть. Интересно, что ему надо?
Так , пустить?
Пусти.
Здравствуй, князь. (Палач)
(Поворачивается лицом) Откуда ты знаешь, что это я? Я ведь умер.
Мое прозвище знаешь, так вот смерть мне нашептала, что не приходила еще за тобой.
Ну, это ты придумал.
На самом деле, я видел, когда тебя на руках волокли в замок, третьего дня. Плох ты был.
Ехал верхом, а для моего возраста такой поход почти смертелен, что дальше?
А дальше, я увидел твою шею. Она у тебя просто создана для топора. Голову держишь высоко, такие головы рубить удобно.
Моя голова не для тебя. Она на этой шее и останется,

Бог даст.
Ну, значит, зная последние события, я понял, что ты явился с того света не для того, чтобы повидать родных. Я могу тебе что-то рассказать о смерти…твоих внуков.
Ты их видел.
Да, их везли в город на моей телеге. Я сам их забирал и сам привез. Я знаю, как они умерли.
Это тебе смерть рассказала?
Нет. Ты знаешь, что я кое-что понимаю во врачевании, я не раз помогал твоей жене, Констанции, когда уже помочь было нельзя. И больные выздоравливали!
Все это мне известно, ты искусный лекарь. Можешь не только отдать в руки смерти, но и отобрать добычу назад.
Могу, но не всегда. Должен сказать тебе, как это не печально, но твой сын, князь, скоро умрет.
Мне и это известно. Он давно болен. Будь он здоров, я еще мог бы надеяться, что подарит он мне еще внука. А так, нет. Ну, что ты хотел рассказать?
Стреляли из лука, одна стрела попала в грудь. Андрей упал, а Данила спешился и наклонился над ним, тут его ударили ножом в спину, попали в самое сердце… Так ударить мог только человек знающий, или – это досадная случайность.
Так это знают все!
Но не знают, что Андрей умер не сразу. Его добили. Его рана не была смертельной. Он мог бы поправиться. Кто-то свернул ему шею. И этот человек был настоящим убийцей, он свое дело знал.
Значит, кто-то выстрелил, подбежал, убил Данила, а дальше?
Ушел. А кто-то другой, появился и закончил дело.
Сильный человек?
Очень сильный, очень ловкий и холоднокровный.
Ты знаешь такого?
Нет, но надеюсь скоро познакомиться.
Но если он такой ловкий, то может и не попасть под твой меч.
От смерти еще никто не уходил.
Вот, это правда. Ты случайно монету не потерял?
Где?
Там, у кривой липы? Вот она.
Нет, не моя. Я тебе кое-что оставлю, тебе пригодится. (Ставит на стол бутылочку).
Вот это да! Я об этом совсем забыл, так давно это было. У тебя он еще есть!
Последний. Прощай, князь.
Прощай, Смерть.

Лев и Дмитрий (казначей)
Ты, кто, старичок? Я тебя не знаю. Ты наверно важная персона, раз тебе так низко кланяются?
Не важно, кто я. Меня уже нет. Я был. Теперь я только тень. Кланяются мне еще по привычке, а может из-за уважения к моим сединам. Но я, смотрю, моя седая голова в тебе особого трепета не вызывают?
НЕ вызывает.
Молод, я погляжу, ты для такой должности, для такой ответственности. Казначей – это не шутка.
А ты со мной и не шути, больно будет.
Такой грозный? Кто там прошел? ( Лев незаметно кладет монету на стол перед казначеем)
Человек в красном, он везде и нигде, ему до всего есть дело.

Не люблю, когда попы суют нос в мирские дела.
Ты вообще наверно попов не любишь.
А за что их любить, они ведь все одинаковые.
Одинаковые, это какие?
Жадные.
Жадные, говоришь? Нет, не скажи. Когда на твоей совести так много грехов, что уже не снести это бремя. Когда ты просыпаешься ночью, и из углов на тебя смотрят тени -твои невинные жертвы и протягивают к тебе руки, когда хочется кричать от страха и ад уже разверзся под твоими ногами и готов тебя поглотить, тогда ты приходишь попу, и он уже ни поп, а добрый пастырь, он уже Иисус, и если ты поверишь, поверишь по-настоящему, что он в этот миг – Иисус, то ад может отступить.

(Казначей машинально берет монету со стола и начинает крутить в пальцах)

А представь, что ты жадный, как ты говоришь, поп. У тебя грехов не сосчитать, а кто-то приходит к тебе на исповедь и смотрит на тебя, как будто ты и есть Христос. Легко это? О…
Красиво врешь, старичок. Наверно про грехи ты знаешь не понаслышке. Кто же ты? Поп?
Нет, не поп – я ветер в камине, огонь над углями, дождь за окном, крик совы в ночи,

( кричит сова, хотя за окном день, а казначей вздрагивает) я – твоя нечистая совесть, которая не дает тебе спать по ночам…(Видит монету в руках у казначея)

Какая интересная монета. Но ты совсем ее погнул.
Эта? Я люблю монеты. Сколько рук они прошли за столько-то веков. Вот эта ничего не стоит, просто красивая монета. Но каким ветром ее занесло к нам. С каким караваном она прибыла? Какие страны видела? Какие моря переплыла? Что покупали за нее или кого…?

И где она, в конце-концов, оказалась…

Ну, иди, я устал и болен после дальней дороги.
А зачем меня звал?

Я тебя не звал, мой слуга ошибся, наверное. Я менялу звал, а он привел казначея. Не зря у него прозвище – Тупица.

.

У твоего слуги рожа шута. Только он неверно немой?
Нет, просто он раньше очень много болтал, устал.

(На пороге казначей пропускает раввина и Надежду, которых ведет Тупица. Оглядывается им вслед.) Раввин входит к князю, а Надежду уводит Тупица.

Раввин и Лев

Здравствуй, дорогой друг, сколько лет мы не виделись?
Давно, очень давно.
Как поседела твоя борода, Леви.
Да и вы, князь, не помолодели. Как, только вы приехали, я стал ждать, когда меня позовут в замок.
Почему? Неужели твои соплеменники сотворили это. Мирный народ, даже, не обижайся, несколько трусливый.
Все из-за нее. Проклятье моего рода. Когда эта девочка появилась на свет, я пел от счастья, это же была моя первая внучка, самая любимая, самая красивая. Она стала говорить в год, а в пять выучилась читать. Я сам не заметил, как ее научил. Он росла и становилась все красивее и красивее. И стали мы понимать, что такая красота – это уже не благословение, а кара. Мы стали ее прятать. А она кроме красоты унаследовала от какого-то предка дьявольский ум и такое же упрямство. Она не хотела быть девочкой, не хотела учиться вести хозяйство, ее интересовали только цифры. Она могла сосчитать все, что угодно и любая торговля процветала в ее руках.

Мы с трудом выдали ее замуж. Ее никто не хотел брать, только дурачок Мемель польстился на ее красоту. Его торговля сразу стала прибыльной, ведь он во всем слушался свою жену. Но он стал хвастаться ее красотой, и поползли слухи, которые очень скоро пересекли границу еврейского квартала. Твой внук увидел ее только раз, когда ворвался в дом Мемеля, он увез ее с собой.
Он, наверное, был пьян.
Но, увидев ее, он точно протрезвел. Тут ничего уже не помогло бы, даже если бы я и вы вместе стояли бы на пороге Мемелевого дома.
А Мемель?
Он повел себя недостойно, спрятался в подвале. Вышел оттуда на следующий день.
А, дальше?
Прожили Андрей и Тиква вместе целых два года. Внучка иногда приходила ко мне.

Он ее не обижал, даже баловал. Она родила ему сына, нашего с Вами правнука.
Я догадался, Мемель?
Да, это он. Теперь он сидит у меня в подвале и ожидает своей участи.
Но ведь прошло два года?
Андрей вернул Тикву мужу. Пусть она сама расскажет.
Она тут?
Да, и правнук, тоже.
(Входят Тиква и Тупица, Тиква снимает капюшон, который почти полностью закрывает ее лицо. Тупица восклицает: Матерь Божья и все святые угодники!).
Вот видите!
Тупица, что ты вдруг разговорился? Отдай малыша пока, Тупица, позови кого-нибудь, пусть присмотрят за младенцем. Не бойся, тебе его вернут, зла ему не причинят. Леви, оставь нас. (входит Констанция в одежде монахини и забирает малыша, на нее никто не обратил внимание).
Лев и Тиква
Подними глаза, посмотри на меня, на меня смотри! Ух, какие глаза! Ты, наверное, как моя жена Констанция, в землю глядит, кроткая такая, а делает все равно по-своему.

- Нет, князь, я не кроткая. Никогда такой не была, и все что вам сказал про меня мой дед, уважаемый ребе Леви – все чистая правда. Я – проклятье нашего рода, и все из-за того, что я родилась женщиной. Была бы мужчиной, все бы было по-другому.

- Значит, из-за тебя убили моего внука.

- Его убили из-за него самого, не надо было чужую жену воровать.

-Почему он вернул тебя мужу.

-Хотел меня проучить, месяц бы потерпел, потом бы назад позвал.

- Что произошло между вами.

- Он хотел совершить одну непоправимую глупость, окрестить нашего сына Натана.

-Что означает это имя на вашем языке.

- Подарок бога.

- А твое?

- Надежда.

- И почему этому щедрому дару нельзя было принять крест, Надежда.

- Этому дару лучше оставаться евреем. Кто он будет, когда вырастет. Незаконный сын, от матери еврейки. Неровня всем и каждому. Позор на имени, причем двойной – незаконного рождения и происхождения матери. Кто его дед – торговец, кто его прадед – раввин. А посмотри с другой стороны. Ну, пусть и незаконный сын, но сын князя. Останется евреем, кто его дед – богатый купец, кто прадед – раввин Леви, а все знают, что он почти святой, совсем другое отношение. Понятно?

- Понятно, я не глуп. Зачем вернулась в дом мужа?

- А куда я должна была идти?

- К деду.

- Да, он бы меня принял, но уж очень мне было противно, как вел себя мой муж, когда меня увозили. Спрятался в подвале, дрожал от страха. Фу. И потом, я - мужняя жена, я ему не изменяла, меня силой увезли. Он меня не защитил, вот теперь пусть кормит незаконного младенца, как своего. И никто мне слова плохого не сказал, все - все знали.

-Но ты знала, как обидчив и злопамятен твой муж?

- НЕ знала, он мелочный и злобный, но кто-то более сильный вложил эту мысль в его дурную голову. Сам он до мести вовек бы не додумался. Кто-то к нему приходил за день до убийства.

-Ты его видела, того, кто приходил.

-И да, и нет. Приходил чужак, не из наших. Высокий и закутан был дорогой плащ. Лица не было видно.

- А что было?

- Кусок одежды, он был одет в красную рясу.

- Человек в красном… Ну, это интересно, очень интересно. Но кажется мне, что он здесь фигура закулисная. Кто-то хотел показать на него, одевшись в красное.

-Этот человек ничего у вас не потерял, например… монету?

- Нет, ничего. Но после его прихода монет у моего дуралея прибавилось.

- Он ему заплатил?

- Точно.

- Ты любила моего внука?

- Можно я не буду отвечать, кто знает, что такое - любовь? На Востоке говорят, что любовь – это змея, которая притворяется драгоценностью. Горе тому, кто позволит этой змее поселиться в своем сердце.

- Не грусти, твоя жизнь вскоре устроится, а Натан вырастет в красивого мужа, у него будет много сыновей, и у этих сыновей, тоже родятся сыновья. Все они будут жить здесь, и через много, много лет твой потомок, он будет очень уважаемый человек и даже городской голова будет ему говорить – пан, и построит во Львове синагогу, самую известную во всем крае, издалека будут приходить евреи, чтобы посмотреть на это чудо. Будет она называться - Золотые врата, и через эти врата протечет много золота в дар синагоге. Будет она сиять, как звезда на небосклоне и тысячи молитв вознесутся прямо к престолу Господа из этого святого места.

- Красиво говорите. Это Ваш дар предвидения, дед говорил мне об этом, и обязательно спросит, что вы мне предсказали.

- Можешь передать ему наш разговор.

- Надо же, синагога, кто бы мог подумать? Деду понравится.

- Позови монашку, я хочу посмотреть на своего правнука.

- Бойкий малый, ему уже год?

- Да, он похож на меня, я тоже была непоседой.

- Какие глаза, и глаза у него не мои, а твои. Вот, только, что увидят эти глаза, что будет с этим городом, какая судьба ждет вас всех?

- Меня сейчас больше интересует судьба моего мужа, что с ним будет.

- У вас свой суд, мы примем любое ваше решение, если оно будет справедливым. (Вбегают Леви и Тупица)

- Что такое Леви? Что случилось?

- Только, что пока вы разговаривали, убили моего несчастного зятя!

- Что? Как убили? Кто?

- Ужасно, ужасно. Ему свернули шею.

(Общая неразбериха. Монашка отдает ребенка. Все уходят, кроме монахини.)

Лев и Констанция

(Монахиня подходит к князю, это Констанция)

Здравствуй.
Я все ждал, когда ты появишься, был уверен, что перед смертью увижу тебя еще раз.
Я давно приехала, но вот уже сутки не отхожу от постели нашего несчастного сына, он очень плох, ты знаешь?
Да, смерть детей его почти убила.
Он все время повторяет их имена. Я не пойму, в бреду ли или наяву. Хотя у меня нет твоего дара, я всегда знала, что в нашей семье случиться что-то ужасное. Это моя вина, расплата за мой грех, за мою нарушенную клятву. Я должна была стать монахиней.
Ты - монахиня.
Не притворяйся, что не понимаешь, о чем я говорю. Я дала обет безбрачия, как моя сестра Кинга и не выполнила его. Мой отец выдал нас замуж против нашего желания, но Кинга сохранила чистоту…
За что ее муж, получил от подданных прозвище: Стыдливый!
, а я… Я ухаживала за больными, раздавала хлеб голодным, перевязывала раны, кормила сирот и только к прокаженным ты меня не пустил, но все это не искупает моей вины перед Богом.
Да, ты была странной женой. Всегда носила очень скромное платье, наподобие монашеского - только белое. Драгоценности ты не надевала и я перестал их тебе дарить. Радовалась только иконам. Но и иконы старалась не держать во дворце, передавала храмам туда, где к ним могли прийти верующие. Я стал строить для тебя церкви, но твой долг Богу не становился меньше, он, кажется, рос день ото дня. Ты никогда не обнимала меня первая, никогда не выходила мне на встречу, никогда не показала, что рада моему приходу. Но мне было все равно. Я любил тебя так, что мне это было не важно. Моя любовь к тебе была такой огромной, что могла заполнить собой весь мир. И пока ты была со мной, я был великаном. Я сражался с врагами, я был искусным политиком. Меня забавляла эта игра, мне нравилось быть сильнее, умнее других королей. Но когда ты меня покинула, вся эта мишура стала мне не нужна.
Я очень удивилась, когда узнала, что ты принял монашество. Но ты лукавишь, ты знал о том, как ты мне дорог, хотя я и не говорила никогда о своей любви. Каждое твое объятье, которое приносило мне столько счастья, представлялось мне украденным у судьбы. А мои дети, когда я держала на руках младенцев, теплое тельце, ручки, обвивающие мою шею, волосики, щекочущие щеку и запах, непередаваемый запах младенческой кожи – все это наполняло меня радостью до краев, и тогда передо мной вставала другая картина. Мое тело перед алтарем костела, распростертое крестом. Звуки органа, свет от витражей дробиться на полу, и все мое существо наполнено верой во Христа и это тоже счастье. Ужасно, но я посмела сравнивать. Я не знала, какое счастье выше, и за это ждала кары. Но мы жили спокойно, выросли дети, у них родились наши внуки и тогда мои страхи стали отступать. Я испугалась этого и поспешила уйти, что бы дальше не испытывать судьбу. И вот результат. Несчастье все же случилось. Твой род прервался. Продолжения нет, нет - внуков и не будет правнуков. Все обернулось так, как будто Констанция выполнила обет, и ее потомки не когда не будут ходить по земле…
Ты ошибаешься, Констанция. Бог – большой шутник. Ты только что держала на руках своего правнука.
(Констанция кидается к двери, как будто хочет догнать Надежду, которая унесла ребенка…)
Как, этот маленький еврей! Он действительно показался мне похожим на Данила.
Он сын Андрея. Из-за этой истории убили его, его брата и еще одного человека, мужа Надежды. По крайней маре все это послужило поводом, оправданием убийства. Но причина, мне кажется, кроется глубже.
Это муж Надежды их убил?
Да. Но он не сам до этого додумался, ему помогли.
Кто?
Ну, ты знаешь ответ, кому достанется трон после смерти нашего сына, а она скоро наступит?
Я не знаю.
Много ли православных осталось в нашей родне?

Молчишь?
Вспоминаю. Вспоминаю твоего дядю, Василия. Когда я его увидела, то чуть не умерла от страха. Он уже тогда поселился в пещере, на той странной горе, где стояли языческие идолы. Одежда на нем сгнила, питался он неизвестно чем, не говорил, только мычал. Оброс волосами как зверь. Это монах?
Да, тебе трудно понять. Ты не знала его раньше. Дядя был настоящим князем. Ел только на золоте, пил из драгоценных кубков и то, что он сделал с собой, добровольно отказавшись от мира – это очень смелый поступок. Иногда мне кажется, что пока он был жив в своей пещере, его молитвы, подобно покрову, защищали нашу семью от бед.
Я думала, что это были мои молитвы. Я была не права. Это я привела их всех. Монахов, придворных, аптекарей.
А я сначала привел тебя. Тут нет твоей вины, нет и моей.

Так сложилось. Теперь ворота Львова шире распахнуты на Запад, хотя раньше смотрели на Восток.
Все еще может перемениться.
И перемениться. Много раз переменится, но не сейчас.
Я ухожу, прощай.
Давай обнимемся, напоследок.
Как монах и монашка?
Пусть так, пусть так.
(Темнеет)

(Шут, одетый в рясу из-под которой виден пестрый шутовской наряд поет песню про веселого менестреля)
Лев и Призрак хана Бурундая
(Свет выхватывает из тьмы фигуру спящего князя, он поднимает голову, услышав какой-то шум в углу, оттуда появляется призрак).
Как ты затесался среди живых, ведь давно уже вороны склевали твои глаза на поле брани, славный хан Бурундай?
Верно говоришь, князь. Мои кости обдувает ветер на ваших бескрайних просторах, но дух мой живет, как живет мое дело, как живет Орда.
Слуга тьмы. Вот достойное продолжение славного пути.
Без тьмы нет света, без зла нет добра. Для того чтобы появились новые всходы, разве не придают поля огню? Разве для того, чтобы получить прекрасную статую святого не отсекают лишние куски дерева, и дерево плачет под ножом мастера золотом смолы?
По твоему, войны, которые длятся уже целую вечность, нужны и даже полезны?
Вспомни себя молодого, князь, вспомни! Я как сейчас вижу тебя на поле битвы рядом с твоим отцом Данилой, мощный был воин. Ты мечом прокладывал себе дорогу, каждый твой удар сеял смерть, на твоем лице сияла улыбка, и ты был пьян от крови, которая лилась вокруг тебя рекой. Ты был счастлив в тот момент. А теперь, кем ты стал?
Зло остается злом, я жалею о том безумном времени. Ты, хан, знаешь только одно счастье – счастье битвы, сладость победы, но эта сладость быстро пресыщает, и нужны новые битвы и новые победы. Горы трупов растут, насыщая воронов, золото стекается, наполняя сундуки, и юные девы дарят тебе продажную любовь, пока чей-то ловкий удар не оборвет твою жизнь.Да, я заплатил щедрую дань богам , которые правят в той стране, которая зоветься Молодостью. Мы все там гостим какое-то время, но потом никогда не возвращаемся. Там возможны небывалые вещи. За некоторые потом становиться стыдно, о некоторых – жалеешь. Но потом ты умнеешь, и начинаешь понимать.
Что же ты понял?
Что удовольствия – это не самое главное в жизни, что труд тоже может быть удовольствием. Помнишь, когда то ты приказал разметать укрепления Львова, а я возвел этот город вновь, еще более прекрасным. Он стал моим домом и когда с Княжьей горы раннем утром в свете зори я смотрел на город, то был счастлив, как никогда. Я исчезну, а город будет расти. Будут строиться храмы, будут шуметь базары, будут приезжать купцы, везя товары со всего света, и большой мир приблизится вплотную.
Чем же ты гордишься? Тем, что насадил на эту гору уродливый замок, она была красивей без него.
Муравейник лесу не помеха. А вас я ненавижу. Кочевники. Вы враги всему, что мне дорого. Вы знаете только войну. Ваши дети рождаются для того чтобы умереть в бою, в своих завоеваниях вы не можете остановиться, по всему свету у вас только враги, вы вытаптываете посевы и делаете из мирных поселян рабов, и очень скоро, я предвижу, вам наступит конец. Орда не имеет корней, держит ее только ненависть и жадность - поэтому она обречена.
Не так скоро, князь, это случиться. Еще не одно поколение будет платить дань и терпеть набеги…
И против этих набегов станут строить города. А города – это свет. Ты сам приблизил свой конец, хан.
Мы еще вернемся.
Нет, не вернетесь. Молодость не возвращается. Ты только тень моего любимого врага. Я жалею, что ты не дожил до моих лет. Может тогда ты бы понял, что будущее – это росток, который прорастает не на поле брани…
( Слышится какой-то шум, в комнату заглядывает человек в красном, и исчезает. Хан растворяется во мраке.)
Я, кажется, заснул.


Лев и Дмитрий



  • Тупица, принеси свечи, последняя вот-вот погаснет.




  • Кто там еще?




  • А, это ты. Пришел меня убивать?




  • Значит, ты догадался. Из-за монеты. Я раньше ее потерял. Правильно? Ты совсем заморочил меня своими байками о нечистой совести.




  • Да, монета. И не только. Зачем только ты все это затеял?




  • Власть. Я знаю, как нужно управлять людьми, всегда знал. А твои внуки, хоть и родились князьями, только и умели, что пить, жрать и жен чужих уводить. Такое королевство и в такие руки. Несправедливо. Теперь без меня уже не обойдутся, год, два и все бояре у меня с рук будут есть, а дети мои после меня уже полноправными князьями станут. Этот край процветать будет, торговать будем со всем светом, храмов настроим, крепостей…




  • А дети у тебя есть?




  • Нет, пока.




  • Хорошо говоришь, а не хочешь ли со мной выпить вина. Мой последний кубок перед смертью. (Закрывает собой стол, не видно, что наливает.)

Не бойся, я тебя не отравлю. Сам с тобой выпью. Ведь ты знаешь, что я не самоубийца.


  • Давай свое вино, выпьем за твою смерть и мою очень долгую и счастливую жизнь после твоей смерти. (Пьют)




  • Как же ты все-таки догадался?




  • Все что-нибудь принесли, а только ты взял. Лесник принес монету, еврей – благовония, раввин – надежду, моя жена Констанция принесла с собой свет, как всегда, палач по кличке Смерть тоже что- то принес, а ты забрал монету, которую потерял всадник в кустах у кривой липы, как свою.




  • Что ты бормочешь, мне не понятно. Да хватит мне с тобой болтать…




  • А еще - твои руки, ты легко согнул монету. Человек, ты не особенно видный и довольно худой, а в руках твоих прячется большая сила. Ты способен убить человека голыми руками. (Дмитрий порывается встать.)




  • Встать не могу, ноги не слушаются, помоги… (Пытается кричать)




  • Кричать бесполезно, голос у тебя сейчас пропадет.




  • Ты меня все таки отравил.( Громким шепотом)



  • Отравил. Но это особый яд. Его мне принес плач. Когда-то этот яд уже спас мне жизнь. Хотя за много лет я совсем про него забыл. Мучить тебя я не буду, ты не умрешь сейчас. Пролежишь без движения дня три. Говорить тоже не сможешь.

Потом поправишься. А пока ты лежишь тут колодой, я уже буду далеко, на пути в свой монастырь. Ты Тупицу не убил часом? Нет… Уже хорошо. Почему меня яд не взял? А я его уже принимал. Поэтому знаю, что тебе сейчас не сладко. Этот яд на человека так один раз только действует. Он хорош, когда нужно кого-то остановить, не убивая. Мне этот яд в свое время подсыпала моя любимая жена, оберегая от одной большой глупости, которую, я уже готов был совершить, и этим спасла мне жизнь. Я монах теперь, я не убийца. Добивайся своего, правь, как считаешь нужным для блага всего края. А вот потомки твои править во Львове не будут. У тебя после приема этого зелья вообще детей не будет. Не одна женщина от тебя не понесет. Вот так. Ты мой род прервал, а я твой. Ну, прощай.

(Входит Тупица с мешком за плечами, они уходят).
- Привратник!

Привратник, вот тебе денежка, отдашь ее леснику, он тебе за нее золотой даст. Он верит, что такая денежка приносит счастье.

(Песня про историю в которой завтра не наступит без вчера)
Конец

Юля Герасимато

Г Р О Ш И К
Середньовічний детектив

П’єса в одну дію

Місце подій – Львів. Час – 13.. рік
Діючі особи:

Лев – колишній князь, тепер чернець (православний)

Констанція – його дружина, тепер черниця (католичка)

Тупиця – колишній блазень князя, тепер слуга, також чернець

Ісаак – міняйло

Равин Леві – головний равин Львова

Тіква (Надія) – його онука

Дмитро – скарбничий

Смерть – міський кат

Привид хана Бурундая

Доглядач лісу

Прибрамник

Людина у червоному (католицька церква)

Євреї

Велика зала у княжому замку. День. На великому столі розкладені папери, сувої. Книжки всюди. Зала нагадує кабінет вченого. Пісочний годинник. Мапи. На висоті – великий плат із зображенням Спаса. Ікони. У кімнаті – двоє: Доглядач лісу і князь.
  1   2   3

Додайте кнопку на своєму сайті:
Школьные материалы


База даних захищена авторським правом © 2014
звернутися до адміністрації
uchni.com.ua
Головна сторінка